Наш разум необъятен благодаря общению. Общение позволяет сделать других людей, их идей продолжением нашего разума. Можно получить доступ к их воспоминаниям, представлениям, знаниям и идеям просто спрашивая. Мы вид индивидуальностей, который еще и единый взаимосвязанный постоянно растущий, расширяющийся и развивающийся организм инфо-техно-сапиенс, движимый воображением  и страстями, получивший невиданный в истории возможность к реализации своих желаний, ставшими возможным благодаря священному дару: разуму 

Считается, что разум ведет нас к более точным знаниям и точным решениям: позволяет нам увеличить продолжительность жизни, меньше страдать, лучше взаимодействовать сообща и он будет вести нас выше и дальше до скончания времен. Или нет?

Орган который мы используем для рассуждения развивался миллионы лет, но плоды разума растут слишком стремительно, а темпы все ускоряются. Темпы строительства, производства продукции, еды, электричества колоссальные. Комфорт и средства передвижения – все это становится более распространенным и доступным. Но есть намеки, что разум и логика борются со сложностью от всего этого, с нашей растущей зависимостью от всего, что мы создали и нежелательными последствиями этого.

Практически любая часть жизни, какой мы знаем сегодня задействует или основывается на процессах в результате которых высвобождаются молекулы с неравномерно распределенными электрическими зарядами: водяной пар, углекислый газ, закись азота, метан, озон. Это свойство позволяет им поглощать и переизлучать тепловое излучение, задерживая его, из-за чего оно медленнее попадает в космос куда медленнее, образуя парниковый эффект. Более теплые массы воздуха означают более мощные погодные явления, все более экстремальные и частые, без привязки к какому-то определенному явлению, это ведь глобальный общемировой процесс. Это не просто плохая погода, это всемирная медленная катастрофа: больше смертей, больше ущерба, больше засухи и больше наводнений, больше жажды, больше голода, больше нуждающихся в убежище и прежде всего, еще большее  использование тех самых вещей которые изначально вызвали проблемы. Это цепная реакция или снежный ком, кому какая аналогия больше подходит, мне больше нравится аналогия с космическим по масштабам событием, которое происходит по космическим меркам очень быстро, но для нас плохо представимо, т.к. нам кажется это несопоставимо с нашей жизнью или даже эпохами. Человечество становится причиной такого общемирового космического процесса. Человечество выпускает более 51 миллиардов тонн этих газов ежегодно, а нужно выпускать ноль. Но как этого достичь? Кто будет отвечать за расходы и компромиссы? Как достичь сотрудничества между почти каждым? Когда переосмысление требует не только какой-то вещи, но и привычки, традиции и ценностей. Как достичь консенсуса, когда проблема не очевидна на уровне ощущений, проблема где-то там далеко в пространстве и времени, требует решений, которые влияют на людей разными способами и как продукт науки всегда несут некоторую неопределенность. Философ Тимати Мортон нечто столь широко распределенное во времени и пространстве и настолько вязкое и липкое, что прилипает ко всему, чего касается назвал гиперобъектом. 

Любая цивилизация, развивающаяся со скоростью разума в какой-то момент сталкивается с гиперобъектами и по сути, тот факт, что мы все еще не нашли разумной жизни за пределами земли начали считать доказательством того, что может существовать некий великий фильтр, через который смогли пройти не многие цивилизации. Мысль о том, что подобный гиперобъект как наше влияние на планету может быть подобным великим фильтром не нова. Что же требуется чтобы решить эту проблему? Это тема книги Билла Гейтса “Как избежать климатической катастрофы”. То как мы взаимодействием в гиперобъектом рассказывает многое о разуме. Легко и достаточно распространено считать, что нам всем было бы лучше если бы каждый был просто более рационально мыслящим. Но что если мышление было создано не для тех, кем мы в итоге стали. 

Поведенческая инертность.

Это склонность продолжать делать то, что вы уже делаете. Когнитивное искажение в сторону статуса-кво и это может быть неприятным, если вы желаете перемен, но его происхождение естественно. Если организм выживал достаточно долго для воспроизводства и потомство было многочисленным, то состояние его мира достаточно для распространения своих генов. Это все что нужно, чтобы выжить. Виды организмов, которые мы видим вокруг, это виды, которые естественным образом справились с выживанием. Таким образом поведенческая инертность помогает замедлить накопление нежелательных последствий и потерю идей и способов жизнедеятельности, которые работают. Но еще она может замедлить обновление и адаптацию нас с вами, ведь мы единственный вид животных, который не просто выжил, но и получив сверхэффективный разум, смог не просто распространится, а искусственно модифицировать все вокруг себя. Мы упомянули уже о все ускоряющееся темпах развития всего, до этого не одному виду такого не удавалось, потому что у них не было мышления.
Если бы последствия влияния нашего общества на среду ожидали нас куда ближе и мы не могли бы их игнорировать, то уже не было бы так соблазнительно жать на этот инерционный тормоз. Но выбросы невидимы и их последствия не сиюминутные и локальные и они влияют на будущие поколения и на людей которые далеко, людей которых мы не знаем и никогда не встретим. Это один из первых вызовов, с которым сталкивается развивающаяся цивилизация: обладать не только силой технологий и определенных знаний, но еще и ответственностью, способностью расширения разума. Способность расширить свою эмпатию может быть Великим фильтром. Мышление должно позволить нам это сделать.

Мышление.

Мышление – это способность делать выводы. Вывод это новая информация полученная из уже имеющейся у вас информации. Мы постоянно делаем выводы, даже неосознанно. Например мы используем наши глаза для получения визуальной информации о пространстве, но по факту мы реально смотрим на очень малые пятна, менее 1% от всего угла обзора, все остальное достраивает наш мозг. Картинка в мозг попадает неполная и двумерная, но наш мозг делает выводы о глубине используя технологии вроде стереопсиса, перекрытия, перспективы, параллакса, размеров и когда это происходит мы воспринимаем получившуюся картину как реальность. Мы не осознаем зрительную обработку, которая делает это возможным, нам это и не нужно. Однако если мы сознательно рассматриваем почему мы пришли к определенному выводу, то тогда это мышление. Мышление – это процесс формирования умозаключений не автоматически или инстинктивно, а с помощью рассмотрения фактов и оценки того, в пользу каких выводов они играют.

Когда Эратосфен расчитал длину окружности земли с результатом расхождения в пределах 1% от принятого сегодня он сделал это не с помощью измерения земли и не постиг это как нечто очевидное, он при помощи своего мышления вывел это из того что он уже знал о тенях и того сколько времени шли верблюды. Из-за подобных историй легко стало считать, что мышление эволюционировало, ведь оно развило наши познавательные способности и оно определенно двигает нас к более истинным выводам и верным решениям и к знаниям, которые другие виды не способны постичь. Попытки описать правила добротного и упорядоченного рассуждения стали логикой и математикой, идеями настолько общими и абстрактными, что хоть мы и остаемся животными, вооруженными ими, но уже не являемся животными, в этом то вся загвоздка: если рассуждения столь прекрасны, то почему мы единственный вид с настолько сложным его пониманием? Если размышление нужно для постижения истины и здравомыслия, почему мы все не пришли к согласию по всем вопросам? Заманчиво считать, что разногласия происходят потому что я рационален, а те, что не согласен со мной иррациональны, вот бы люди пользовались здравым смыслом и логикой! Это справедливо, если речь идет о логической задаче, но мир не логическая задача и множество когнитивных искажений всех мастей помноженные на всю со сложностью и запутанностью наших взаимоотношений делают достижение консенсуса очень сложной задачей. 

И все-таки кажется, что логическое рассуждение может помочь в этом вопросе. Если бы каждый из нас рассматривал только факты, такими какие они есть, то, разумеется, мы все пришли бы к единому разумному подходу. Проблема в том, что мышление работает не так. Есть продукты исследований, которые могут быть для кого-то убедительны, а для кого-то и нет, но кроме строго научного (насколько это возможно логичного и рассудительного), есть еще и оперативное мышление каждого мыслящего индивида, которые практически созданы давать объяснение чему угодно, если считаем, что это требуется, но очень часто используя не ту цепочку рассуждений с помощью которой пришли к заключению. С момента начала исследований мышления около 100 лет назад снова и снова обнаруживалось что мы не только плохи в рассуждении, ленивы и предвзяты, мы как-будто запрограммированы давать ответы основываясь лишь на сию секундных позывов, эгоцентрических мотивов, и множеством индивидуальных субъективных когнитивных искажений. Часто нам даже не нужна логика, чтобы дать сиюминутный ответ, а после виртуозно, как нам кажется, дать исчерпывающее и сильное обоснование нашему выбору. 

Интуиция.

Наш мозг развивался миллионы лет чтобы превосходно и эффективно реагировать на окружающий мир с минимальным вмешательством мышления. Мышление, как известно, довольно трудозатратно, особенно в самом начале, т.к. приходится проходить по непротопланному пути (создавать новые нейронные связи), но чем чаще вы пользуетесь этим путем мышления, тем более легким и естественным вам кажется подобное мышление или поведение и вот вы уже почти автоматически, не глядя делаете умозаключения как опытный мастер, при этом у вас может не возникать с этим ни малейшего когнитивного напряжения, вы даже можете не заметить как сделали тот или иной вывод.

Например, когда вы видите что кто-то расстроен вы не рассуждаете сознательно. Мнение о том, что человек расстроен кажется вам очевидным, вы понимаете это интуитивно, т.е. поняли, не зная как именно вы это поняли. Дело в том, что участки мозга распознающие настроение работают в обход сознания. Но стоит спросить почемы вы так решили и вы без проблем сможете привести множество обоснований для этого и некоторые из них ваш мозг мог рассматривать в самом деле, но все это скорее всего будут лишь догадки и притягивание за уши, проще говоря, оправдание. Таким образом вместо того, чтобы использовать цепочку рассуждений, чтобы прийти к выводу, мы используем выводы, чтобы выстроить цепочку. Конечно, мы можем идти таким путем, когда недостаточно одной интуиции, можно перебрать разные соображения. Наша тяга к задачам предполагает, что мышление важно для выживания, но когда мы рассуждаем в одиночестве, даже когда у нас нет мотивации прийти к какому-то конкретному выводу, мы довольно часто демонстрируем когнитивные искажения, которые больше похожи не на ошибки, а на функции. Возможно мы принимаем такие решения из-за того, что их проще объяснить себе и, что главное, другим людям. Когнитивные ученые Уго Мерсье и Дэн Спербер  теоретизировали об этом в своей  книге «Загадка разума» (The Enigma of Reason) и о том, что рассудительность развилась в большей степени не для принятия  нами правильных решений, а для того, чтобы помогать нам быть социальными. 

Люди занимают познавательную нишу на этой планете, мы не сильны, не скрытны, не быстры и не ядовиты. Вместо этого наше превосходство в познании, мышлении и сотрудничестве. Мы можем планировать охоту, строить ловушки: задействовать согласованные стратегии, которые можно проверять и улучшать на ходу а не за тысячелетия эволюции. Мышление и коммуникации позволяют нам делать это. Сложно убедить человека, что твоя интуиция верна, но если предоставить им достаточно сильных доводов, то убедить других людей в своей правоте становится куда проще. Умение вести споры о том, что лучше всего предпринять жизненно важно для координации действий. Доводы же позволяют нам оправдать себя в глазах других, объяснить кто мы, что другим ожидать от нас и что мы будем вероятнее ожидать от них. Эта социальная теория мышления объясняет почему два человека могут искренне и рационально прийти к различным мнениям. У каждого свой уникальным мозг и ценности, склонности и жизненный опыт и все это влияет на их мышление. Доводы, которые они приводят могут быть а могут и не быть настоящими доводами, с помощью которых они пришли к заключениям, но это лучшее что у нас есть. Социальная теория также объясняет почему люди склонны поначалу давать столь слабые обоснования своим убеждениям или когда их аудитория не требует особой убедительности. Ведь было бы пустой тратой времени и когнитивных ресурсов продумывать сокрушительные доводы для всего что я сказал, подумал или сделал, когда в этом нет особой необходимости. Так что когда люди кажутся ленивыми в аргументации или их рассуждения слабы или их нет вовсе, это лишь значит, что они пользуются рассудком именно так, как он развивался для функционирования, т.е. социально: начинается все слабо, усиливаясь, если есть давление со стороны других людей и этот процесс обоснования всегда подстраивается под целевую аудиторию. Социальная теория разумности может даже объяснить появление искажений, которые в противном случае бессмысленны. Например может показаться, что в формировании выводов о мире организму может быть полезно уделять внимание информации, которая противоречит его убеждениям. Такой способ позволил бы корректировать убеждения, делая их ближе к истине, более обобщенными и более полными, теория больших чисел явно нам это показывает. До определенной степени так и происходит, но не всегда. Когда кто-то проводит свое собственное исследование, то часто приходит к выводам, которые хотел получить изначально. Это называется склонностью к подтверждению своей точки зрения. Когда мы ищем, то отдаем предпочтение и интерпретируем информацию так, что она подтверждает то, как мы уже считаем, что подрывает нашу способность воспринимать новую неудобную информацию. Если разум нужен нам для поиска истины и принятия более правильных и рациональных решений, то откуда у него такая серьезная слабость? А оттуда, что как гласит социальная теория, рассуждение это, похоже, наша групповая активность. Допустим я считаю, что вариант А ближе к истине и является лучшим, а вы считаете вариант В таковым, если и вы и я исследуем оба варианта и просеиваем доводы в пользу обоих мы обра проделываем двойную работу в сравнении с тем, если бы мы оба просто изложили доводы почему прав я и почему правы вы. Данное искажение как минимум вдвое уменьшает объем работы, которую нужно провести.

Порой рассуждающий в одиночку выдает плохие идеи или у него бывают хорошие идеи, но с некоторыми недочетами, доводы, которые он приводит и которые ему нужно обосновать будут достаточны для него самого и тем, кто интуитивно с ним согласен. Но эти доводы могут оказаться слабыми, однако подвергая обсуждению, помещая их в пространство коллективной мысли, выводы можно оценить и судить о них не одним разумом или группой умов, мыслящих одинаково, а чем-то крайне необычным – толпой. Существует безспорное явление, когда масса людей может перерабатывать информацию в выводы лучше, чем индивид в одиночку, поэтому мы не доверяем важные решения одному человеку, не важно насколько он образован. Вместо этого мы просим группу провести обсуждение. При таком способе ошибки и искажения каждого сглаживаются и решения получаются разумнее и точнее. В известном примере раз от раза демонстрировалось что если попросить группу людей угадать сколько конфет в банке, то окажется, что в среднем их ответ ближе к точному значению, чем ответ каждого по отдельности. Вместе разногласия людей приводят к впечатляющей точности.

Проблема

Рассуждение развивалось так, чтобы использоваться социально, когда множества различных мнений должны обсуждаться, чтобы прийти к общему заключению. К сожалению подобные ситуации встречаются все реже и реже. И становится все проще быть просто одиноким мыслителем, отстаивая только одну точку зрения, без тяжелого труда совместного обсуждения и действия. Интернет дает возможность выражать столько точек зрения, сколько не было за всю историю. Но еще он позволяет проще отходить от ответственности и находить места, где разделяют ваше воззрения. Более того, изза технологий мы сталкиваемся с большим числом проблем, гораздо чаще чем когда-либо и по которым у нас должно быть собственное мнение, а растущая сложность и специализация современного мира затрудняет получение каждым из нас хорошо осведомленных и подготовленных доводов для ускоренного наращивания представлений, которые мы должны формировать. В ответ на это мы ищем людей, которые могут защитить наши представления за нас. Доводы которые они приводят не обязаны быть хорошими, им часто достаточно быть хорошими настолько, чтобы мы ощущали, что объяснения существуют. Сегодня демократизация общения означает, что даже непопулярные, неубедительные, бессмысленные идеи могут представляться такими же вызывающими доверие начертаниями и с профессиональным видом, наряду с обычными или даже профессиональными идеями. Но люди могут спорить со слабыми доводами других, показывать их противоречивость и делая собственные доводы более проработанными. 

Все что мы знаем о здравом смысле предполагает, что все кто им пользуется должны принимать во внимание как можно больше разных точек зрения. Лидеры могут вести обсуждение и быть популярными из-за их способностей актуализировать, вести и модерировать общественные дискуссии. К сожалению, это очень трудный процесс, из-за его непопулярности, ведь это связано с сложностями вести напряженный интеллектуальный дискурс, связанный к тому же с сопротивлением людей из-за их лени и склонности к подтверждению к своей точки зрения. Если взять воззрения людей и объяснить им почему они правы им это понравится куда больше и такой дискурс будет куда более популярным.

Сложная работа, которая действительно возвышает нас это не рассказывать согласным людям почему они правы, но пытаться убедить остальных и делать это используя рассуждения по его прямому назначению. 

Так прошлые успешные демократические процедуры Древней Греции все еще являются ключом к развитию здравого смысла и в будущем. Как это может выглядеть на деле? Некоторые исследователи рекомендуют проводить национальные “дни обсуждений”, в которые люди должны будут проводить буквально объединяясь в небольшие группы, выслушивая и обсуждая мнения и сравнивая доводы. Проверки подобных стратегий показали, что возвращение к небольшим целенаправленным обсуждениям в которых наша способность к рассуждению развивалась, чтобы выдавать наилучшие результаты, на выходе дает всем участникам дискуссий более глубокое понимание не только собственных воззрений и почему они их придерживаются, но и информацию о возможных решениях и действиях. Другие ученые пошли еще дальше и указывают, что настоящее будущее здравого смысла в его лучшем проявлении заключается в построении демархии (lottocracy)? когда решения принимаются не избранными людьми и лидерами, а людьми выбранными буквально случайным образом. Мы уже сейчас решаем судьбы отдельных людей таким способом (суд присяжных), почему бы не пойти дальше? Что если бы решения принимались не одними лишь политиками, но хотя бы иногда группами граждан, представляющих разные соображения. Чтобы они изучали мнения экспертов, а потом обсуждали заданный вопрос, пока не придут к заключению, ну или хотя бы к рекомендации. Вместо мотивации к переизбранию, деньгами, вниманием  и жаждой власти, которая к слову абсолютно фатальная для нашей психики, сознания, меняя мотивы поведения и вызывает когнитивные искажения (власть вызывает сильнейшую зависимость и страх ее потерять, вызывая готовность пойти буквально на всё лишь бы только ее сохранить), отдельные люди могли бы выбираться случайным образом и руководствовались бы лишь своим созданием. Так заинтересованные лица и корпорации не смогут пристроиться к тем, кого изберут, ведь любой из нас однажды может занять это место, а значит им придется подстраиваться и защищать всех нас. Вместо того, чтобы изучение вопросов и обсуждения проводились людьми, которых вы никогда не встретите, постепенно все больше и больше людей и ваших соседей будут удостоены этой честью. У людей выбранных случайно, очевидно, не будет того же звездного статуса и мондата, который достигают и расширяют избранные лидеры. 

Наше понимание рассуждения все сильнее и сильнее проясняет что мы развивались не отдавая на откуп обдумывает нескольким великим умам, а полагались на авторитет общего разума людей. Так и работала демократия поначалу. Лотерея использовалась для назначения множества политических должностей в древних Афинах. Аристотель говорит об этом так: “Назначение магистратов лотереей должна считаться демократичным, а выборы а выборы магистратов олигархическим”. Олигархия – это власть в руках у небольшой группы людей, которые, как оказалось пойдут на все, чтобы сохранить и расширить эту власть не смотря ни на что.

Если мы сможем построить больше арен для обсуждений и повысим их качество и используем их чтобы правильно применять рассуждение, например к гиперобъектам, таким как глобальное потепление и выбросы в атмосферу, мы подадим хороший урок людям на сотни лет вперед. Хотя расширения участия может идти сложно, оно может обеспечить нас всех своего рода экзистенциальной безопасностью. Влияние выбросов в атмосферу не последний гиперобъект с которым столкнется человечество. Если мы поработаем над этим, возможно в будущем, когда наша цивилизация разовьется до уровня, когда людей, например, смогут телепортировать или записывать и воссоздавать их сознание, они, возможно, оглянутся назад на наше время и скажут: “а давайте вернем их всех к жизни, ведь мы могли бы использовать возможности кооперации, которые были у них”.

В итоге старая идея о том, что история – лучший учитель не так уж плоха в качестве руководства к действию. В каком-то смысле все мы однажды станем учителями, потому что однажды мы станем историей, но уже сейчас нам решать какой будет эта история.